?

Log in

Красная рыбка [entries|archive|friends|userinfo]
krasnaya_ribka

[ website | Тайнинка.ру| актуальная литература, музыка, digital-art ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Мой вечер в Зверевском [Jun. 7th, 2017|03:34 pm]
krasnaya_ribka

9 июня в Зверевском центре современного искусства в 19.00 состоится вечер поэта и прозаика Вадима Калинина, одного из основателей (1989) Союза молодых литераторов "Вавилон". Вадим публиковал стихи и прозу в журналах и альманахах "Вавилон", "Соло", "РИСК", "Митин журнал", "Авторник", "День и ночь" и др., книга прозы "Килограмм взрывчатки и вагон кокаина" (2002) опубликована также в переводе на итальянский язык. Поэт приехал ненадолго в Москву после двух лет жизни в тропиках. На вечере прозвучат стихи из двух неоконченных циклов: "Стихи написанные на пляже" и "Тёплый ветер".
Подробнее здесь
linkpost comment

Там где всегда пахнет осенью... / [Apr. 9th, 2017|04:21 pm]
krasnaya_ribka
linkpost comment

Сексуальная архаика [Apr. 1st, 2017|12:00 pm]
krasnaya_ribka
Несколько месяцев назад я беседовал с одним интересным молодым человеком о человеческой сексуальности вообще и личных сексуальных предпочтениях эпистолярным способом. Одно из писем к нему я делал особенно долго. И сейчас мне кажется, что это письмо может быть интересно широкому читателю. Чужие письма интимного характера это вообще занимательно… Я спросил разрешения выложить письмо у своего собеседника. Он был не против. Так что читайте.


С самого начала мне хотелось бы оговориться, что я не считаю, будто бы в сексуальном могут быть “верные” или “неверные” пути. Я также не считаю, что меметическая часть сексуального “случайная” или же “лишняя”. Просто я склонен отделять сексуальный нарратив, от более устойчивых и архаичных, базисных сексуальных конструкций. Поэтому, огромная просьба, не воспримите то что я говорю как попытку спорить с Вашими взглядами на секс. Всё что я хочу, это привнести в наши рассуждения некоторой логики и показать, что архаичность сексуальных моделей далеко не всегда предполагает их жесткость и антигуманность. Эта, последняя мысль, странна даже для меня, поскольку обычно прогрессивные социальные концепции более гуманны и комфортны, нежели архаичные. Не думаю, что поведение человеческой сексуальности нарушает это универсальное правило. Просто человеческая сексуальность - это не социальная концепция. С моей же позиции всё обстоит так, что количество социального в сексуальном линейно определяет количество сексуальной несвободы.


Давайте начнем с однополого секса, поскольку на его примере проще отделить социально-нарративную составляющую сексуальности от просто нарративной и той, которую я условно называю “архаичной”. Сейчас я конкретизирую терминологию. Социальный сексуальный нарратив - это часть сексуального нарратива распространяющаяся через массмедиа. Просто сексуальный нарратив наш ум формирует во время сексуальных фантазий и коммуникаций. Третья же, “архаичная” составляющая сексуальности гораздо более темна и значительно менее понятна. Это царство “безусловных” влечений, обладающих непреодолимой силой. Природа их комплексна. Частично это генетически обусловленное поведение, частично ранние травмы и вытесненный опыт. Подозреваю, что есть и иные способы кодирования и самоорганизации архаичной сексуальности. Однако сексуальная архаика в своей совокупности - это гораздо более цельный, логичный, и универсальный конструкт, нежели оба вида сексуального нарратива.


Принципиальное отличие этой самой “архаичной” составляющей от двух других состоит в том, что ей присуща некоторая суперпозиция. То бишь социальный сексуальный нарратив оказывает существенное влияние на личное пространство сексуального нарратива и в свою очередь отражает статистическую картину форм и видов личного сексуального нарратива в сообществе, искаженную общественной моралью. На архаичную же сексуальность личности ничто повлиять не может. Зато она, если ей дать волю, способна полностью перекроить личный сексуальный нарратив, а через него изменить и социальный. Однако “повлиять” в данном случае нужно понимать исключительно как “изменить”. Блокировать проявления сексуальной архаики или же исказить их вплоть до полной противоположности сексуальный нарратив может. Причем он не просто может это, он только для того и был сделан и только этим и занимается.


Давайте же рассмотрим, как это происходит на примере однополого секса. Вы высказывали то соображение, что мужская сексуальность связана с доминированием прочными и неразрывными узами, женская же имеет несколько иную природу. Мне представляется, что дела обстоят совсем не так. В частности, социум, даже нынешний и толерантный склонен демонизировать и, если  так можно выразиться, “фрикизировать” мужскую гомосексуальность. Если сто лет назад мужская гомосексуальность попросту наказывалась, то сегодня, общество предпочитает навязывать этой форме сексуального поведения специфические несимпатичные трактовки. Не важно, видим ли мы в пространстве массмедиа насилующего мужиков упыря из “Криминального чтива” или же читаем о выморочных хуестраданиях лирического субьекта Кэннингема, мы видим демона или фрика. И то и другое, понятное дело, случается. И того и другого может хотеться. Однако условная “хорошая мужская гомосексуальность”, с моей частной позиции, выглядит совсем иначе. То бишь мужчины занимаются однополым сексом из самых разных соображений, причем, по личному опыту я знаю, что таки большинство стремится косплеить медийные образцы. Однако есть некоторая “архаичная” форма отношения двух мужчин, которую масс-медиа в основном игнорируют. То есть эта модель не очень распространена и практически не обсуждается. Она просто “хороша”. Она привлекательна, рациональна и человечна настолько, что даже насквозь толерантный социум до сих пор не способен сказать вслух, что мужской гомосексуализм может быть таким. Что же это за модель?


Представьте себе двух молодых людей, живущих в богатом радостями природы южном ландшафте, которые сходятся на интересе к какой-нибудь романтической словесности. Например их обоих интересуют стихи Гумилёва или же рассказы Александра Грина. Молодые люди ровесники. Им интересно вместе. Они лазают по горам, ныряют со скал, загорают голышом и как-то автоматически однажды становятся любовниками. То есть никаким доминированием, демонизмом или же фричеством в данной ситуации не пахнет вовсе. Совсем напротив, все это самым пронзительным образом естественно. Поставили палатку около горной реки, искупались, пошли в соседнюю деревню. Купили вина и полкурицы. Съели, выпили, занялись любовью. Утром проснулись, снова потрахались. Пошли дальше через перевал.


Такие отношения для молодого человека выглядят естественным и бесконечно эйфоричным продолжением хорошей красивой дружбы. Постепенно обилие общих интересов выводит друзей из обычного янгстерского комьюнити с его стайными играми. Просто богатое и разностороннее партнерство делает скучной игру по общим правилам. Друзья быстро усваивают, что, чем шире круг их общения, тем это общение примитивнее и мельче.


Пара начитанных, любящих активную “телесную” жизнь и сексуально связанных молодых людей развивается значительно быстрей сверстников, включенных в стаю, и уж тем более быстрей тех, кого родители держали в юности от стаи подальше. Развивается их ум, поскольку читать и обсуждать книги вместе интересней, нежели поодиночке. Так же хороши у них тела, ведь они много плавают, бегают, лазают и ныряют, подзадоривая друг-друга. Их сексуальное развитие  также идет быстрей.


Однако сексуальное развитие этих ребят идет не просто быстрее, оно идет по-другому. Начнем с того, что они сексуально удовлетворены в тот период, когда все остальные мучаются от безысходной похоти. То есть всё обычное унизительное и мучительное потение-краснение перед объектом противоположного пола, сопровождающееся неспособностью слово сказать, их совершенно не касается. Друзья относятся к девушкам так же, как и к другим юношам. То есть кого-то они хотят, а кого-то нет. Однако никакого особенного трепета девушки у них не вызывают. Ведь в их случае отношение с девушкой - это то же самое, что и с парнем, только с девушкой. При этом потенциальные объекты вожделения выбираются по некоторому, весьма отличному от доминирующего в обществе, принципу.


Домашние юноши и девушки, как правило мастурбируют на свободных и раскрепощенных героев любимых книг, но в постеле оказываются в первый раз с предложенным родителями партнером. Стайная молодежь формирует некоторый внутри-стайный эталон красоты, как правило на основе медийного, и подбирает соответствующих ему “звезд” в своем кругу. Этих звезд они дружно потом “все вместе хотят”, однако, как правило, так и не получают. Всё это формирует стратегию сексуального поведения для них на будущее.


Юноши-любовники ведут себя совершенно иначе. Их также влекут женщины. Однако, с одной стороны, они знают о сексе больше сверстников, знают что доставляет им удовольствие и не привыкли стесняться своих желаний. С другой стороны к “эталонам красоты” и мнению родителей они относятся с одинаковым брезгливым безразличием. Вместо этого они обсуждают потенциальных партнеров между собой, искренне рассказывая друг-другу чего именно им бы хотелось, Сначала сексуальные фантазии о девушках становятся постоянной прелюдией к однополому сексу. А потом у них появляется первая девушка. Разумеется одна на двоих. Каких же девушек они выбирают?


Существует два типа девчонок, особенно привлекательных для подобных молодых людей. Причем оба типа не имеют ни малейшего отношения к тому, что общество считает красивым. Первый тип - это девушка-пацанка. Толстые щиколотки, крепкие икры, веснушки на плечах, широкая спина, маленькая грудь, короткая стрижка, круглое конопатое лицо, вздернутый нос. Короче Пеппи Длинный Чулок. С такой девушкой просто интересно. Она охотно участвует в мальчуковых забавах, радуется сексу с той же непосредственностью, что и купанию, и вообще она легко вливается в альянс.


Со вторым типом сложней. Юноши наблюдают в том числе и за жизнью стаи. Издалека конечно. Они видят какие девушки нравятся внутри неё. И эти девушки вызывают у них крайнюю брезгливость. То есть все эти “изящные фигурки”, “плавные жесты”, непременная худоба и томные взоры выглядят для молодых людей как идиотская попытка всучить кому-то своё тело, не дав его предварительно попробовать. То бишь есть фильмы и книги, в которых что-то объявляется красивым. И девушки приводят себя в соответствие тому, что там изображено, чтобы выгодно продать себя в обмен на известные обязательства. Это стыдно, это отвратительно, это просто гнусно, и юноши очень рано это понимают. То бишь очень скоро любой эталон красоты начинает вызывать у них нечто среднее между презрением и брезгливостью. С тем же чувством они относятся и к принятым в обществе брачным танцам. Девушка, стремящаяся продать свое тело никогда не будет тебе другом. Вместо этого она станет тобой манипулировать, тебя шантажировать, притворяться в постеле и вообще с ней связываться ни в коем случае не следует.


Кроме того, при обсуждениях женских тел молодые люди приходят к выводу, что всё что ценится в женских телах стаей гроша ломанного не стоит. Приведу пример. Вот, сидишь ты скажем голый на пляже. Справа от тебя твой любовник положил свою изящную загорелую ногу на ягодицы вашей общей девушки. Что ты видишь? А видишь ты то, что твоё и его тела значительно  изящнее и тоньше, чем её. У неё большая попа потому что такую вы с другом и хотели. Две худые задницы у вас уже были и до этого. У неё крупная грудь и полные бёдра. Её влагалище сильно и вкусно пахнет коровником, кошатиной или рыбой, а подмышки сладким и мускусным потом. Именно это вас возбуждает, а не духи и туфли-лодочки.  Так о каком женском изяществе без конца твердят все эти кретины? О чём они вообще? Женщина тем вожделеннее и приятнее в постеле, чем сильней её запах, чем больше у неё выпуклостей, складок, пережабинок, волосков и прочих физиологических подробностей. То есть твое влечение к женщине гораздо физиологичней, чем к твоему другу. Именно в этом его ценность. Иначе зачем бы вообще было огород городить? Трахались бы и дальше вдвоем. Мы хотим влагалищных ароматных зарослей, хотим зарываться лицом в большой влажный живот, хотим облизывать крупные пахучие ступни. Так на кой ляд нам обоим сдались все эти благоухающие ландышами “фарфоровые статуэтки”?


Естественно что таким образом понимается только направление пути. От осознания того, что женщина тем сексуальней, чем грубей и физиологичней, к длительным интимным отношениям с нарочито непромытой девицей, ростом под два метра, с волосатыми ногами, весом в 200 килограммов и с ярко выраженным  целлюлитом на бёдрах проходится достаточно долгий путь. И этот путь сладостен и незабываем. К слову, одним из самых трудных пониманий бывает то, что вас возбуждает целлюлит. В этом месте мы можем вспомнить пещерных мадонн и ещё раз, уже более вдумчиво, произнести “сексуальная архаика”. Давайте всё же скажем то что никто не осмеливается сказать. Освобожденная от наслоений социального мужская сексуальность нацелена на женское тело в его дефолтном, “несделанном” состоянии.


Естественным образом, физиологичность предполагает также и отсутствие чрезмерной чистоплотности. То есть пот, запах давно немытых женских волос, влагалищные выделения, анальная слизь, всё, что стайные дуры обычно смывают перед сексом, начинаешь ценить значительно раньше, нежели целлюлит. То же самое относится и к чужой сперме и запаху незнакомого мужчины. Отсюда же растёт удовольствие, которое испытываешь от секса твоей женщины с совершенно посторонними людьми. В общем-то от радости делить свою любимую со своим любовником, до получения удовольствия от её секса и с другими людьми один крошечный шаг.  На этом же поле вырастает и гэнг-бэнг.


Можно сказать, что всё это некая аккуратная тропка, позволяющая избежать вмешательства социального нарратива в личное сексуальное пространство. И эта тропка приводит туда, куда она приводит. То есть этот путь формирования сексуальности в известном смысле “дефолтный”, хотя возможно и не единственный такой. Я счастлив, что мне удалось пройти именно его. То есть я не свернул в сторону чистой гомосексуальности. И достаточно легко принимал то, что мне нравятся “непопулярные” вещи. Хотя несколько раз было достаточно сложно, узнав о себе очередную странность, принять её.


Моё сходство с Вами несомненно. Мы оба мужчины и оба хотим одного и того же.  Тут нет ничего удивительного. Думаю что большая часть мужчин хочет этого же, просто боится об этом даже подумать. Но есть и отличия. Скажем, моя биография сложилась так, что я с самого начала стал выдавливать социальный нарратив из моего сексуального пространства. То бишь я очень рано обнаружил, что сексуальная легенда также мешает наслаждаться сексом, как запах духов мешает наслаждаться запахом пота партнера. Поэтому основу той  сексуальной магии на которую я падок, составляет не Гигер, а Гоген. Для меня так же весьма важно что гигеровских ведьм заведомо не бывает, а гогеновские женщины существуют. И в массе своей они крупны, падки на оргии, ароматны и волосаты. Кстати, среди них время от времени попадаются практикующие колдуньи).
________________________________________
*изображение Поль Гоген "А ты ревнуешь?"
linkpost comment

О поэзии программирования [Mar. 30th, 2017|08:53 pm]
krasnaya_ribka
Разбирая старые записи, наткнулся на забавный текст. Где-то год назад из сети вынырнула девушка, и попросила меня дать интервью о том, как литераторы становятся программистами. Я дал такое интервью. Это и есть его запись. Получив от меня ответы, девушка почему-то разозлилась, наговорила мне гадостей и была такова. Текст покоился в моём Эверноте год. И вот я снова на него наткнулся и решил выложить. Пусть будет. Может кому пригодится.

Как давно вы работаете программистом? В какой области вы заняты? Перспективная ли это, по-вашему, область?

Так или иначе занимаюсь программированием я уже 8й год. Основной же моей профессией это стало около 5ти лет назад.
В основном я занимаюсь крупными, длительными web проектами. То есть делаю и фронтенд и бэкэнд сайтов. Работаю вдвоём с женой. Она специалист по проектированию UI и дизайнер.
Очень перспективная. Интернет растёт быстро, технологии стремительно развиваются. Проекты морально устаревают за 3-5 лет. Дефицит специалистов на рынке очень велик. То есть соискателей то много, хороших специалистов мало. Люди, которым нужен действительно хорошо работающий ресурс, а не просто освоить бюджет, сегодня готовы стоять в очереди к хорошо зарекомендовавшему себя разработчику.

Всегда ли вы работали в этой должности? Если нет, то что вас заставило переквалифицироваться?

Я не могу сказать, что у меня есть должность. Я получаю задачу, как правило в виде словесного описания. То что нужно клиенту на самом деле выясняется за длинными собеседованиями. Потом я сам составляю техническое задание, клиент его утверждает и начинается разработка. То есть я и менеджер проекта, и архитектор, и непосредственный исполнитель. В этом режиме я работал всегда, с тех пор, как сделался кодером. Даже во время своей трёхлетней работы на крупную компанию я пользовался свободой. То есть у меня был шеф, но выдумывал приложения я сам, сам писал тз и сам реализовывал.
Я пришел в IT из художества. В юности я очень увлёкся литературой и живописью. Литература почти не приносила денег. Идти на компромиссы, то есть зарабатывать коммерческим чтивом и копирайтингом мне ужасно не хотелось. Живопись неплохо кормила в перестройку, но в 2000х годах интерес на западе к русскому искусству иссяк, а в России то, что мне было интересно делать, практически не продавалось. Какое-то, достаточно продолжительное время я работал в качестве дизайнера. Сначала полиграфического. Потом освоил 3D, стал делать видеоролики. Это был тяжелый и весьма неблагодарный труд. С одной стороны - это достаточно небольшие деньги, с другой бесконечные “маркетолухи” с этикой и эстетическими представлениями усвоенными из российских телешоу. До какого-то момента я верил в то, что однажды стану известен, как писатель (всё это время я продолжал писать и находиться в литературной тусовке), и вот тогда то заживу интересно и ярко. Однако “подъём духовности” в стране сделал для меня очевидным то, что тексты, которые я делаю, популярны в России не станут, по крайней мере на моём веку. А потом со мной случилось несчастье. Я чуть не умер. И, знаете, я понял, что все соображения по которым я откладывал свою жизнь на будущее - это опасный самообман. В детстве я мечтал о тропических островах, путешествиях, о настоящих барах, с атмосферой и комьюнити, о смелых, предприимчивых и креативных друзьях-авантюристах, о жизни блистательного космополита в огромном мире. В общем обо всём о том, что является прямой антитезой явления, которое нам преподносят, как “русскую жизнь”. А вышло так, что в 35 лет у меня была однушка в Подмосковье, однообразная жизнь, круг общения, состоящий преимущественно из московских литераторов, то есть людей хоть и креативных, но в большинстве своём не слишком смелых и вовсе не деятельных. Я как то очень остро понял, что 9 месяцев в году, которые я проводил в квартире или офисе из-за дурного московского климата были драгоценным временем моей жизни, которое я расходовал просто возмутительно бездарно. Я понял, что я хочу быть свободен или вообще не быть. То есть мне нужна была профессия, которая не привязывала бы меня к офису, к языку, к городу, вообще бы ни к чему не привязывала. Программирование показалось мне достаточно очевидным выбором. Тем более, что к тому моменту я уже работал во Flash и был шапочно знаком с ActionScript 2. В общем у меня тогда была очень сильная мотивация. Возможно, что никогда в жизни до этого я не был настолько мотивирован.
Какие сложности возникли в процессе освоения профессии?

Полностью текст можно прочитать по этой ссылке...

*изображение - автор PATAKK
link6 comments|post comment

(no subject) [Mar. 28th, 2017|05:40 pm]
krasnaya_ribka
***
Прошло 16 долгих лет.
Друзья его прозвали "дед",
Его унылый, дряхлый вид
Уж не смущал девичий стыд.
Он стал задумчив и несмел,
Растратив деньги, что имел,
Вернулся он в свой старый дом,
Заросший грязью и говном.
Напротив мутного стекла
Пустая жизнь его текла.
Он мало ел и много спал,
Он в забытье немое впал,
Во всём он чувствовал обман.
Лишь виски скверного стакан
Ему тогда казался другом,
Со смутным и пустым испугом
Он иногда глядел в окно,
Там шло привычное кино.
Дремал кобель, стояли вилы,
Туберкулёзные могилы
Торчали из густой травы,
Блестели лужи на дороге,
Да из желтеющей листвы
Свисали долу чьи-то ноги...

____________________
*изображение - художник Matteo Massagrande
linkpost comment

Повелитель Всего [Mar. 25th, 2017|06:29 pm]
krasnaya_ribka
***
Повелитель всего
обитает в густом кусте,
У него длинный шип
На чешуйчатом остром хвосте.
У него два конических глаза
И гребень на гибкой спине.
Я стараюсь быть вежлив с ним,
И он благосклонен ко мне.
Из всех обитателей сада
Он один не боится кота.
Он любит встречать рассвет
На самом верху куста,
Изогнувшись острой дугой,
Над зелёным своим дворцом,
Первым лучам подставив
Рогатое ромбическое лицо.
Повелитель всего
Безразличен к любым вещам,
К бабочкам, к филину,
К жабам и к овощам.
Он любит в изящной позе,
Надолго застыть и молчать.
Всё что он умеет делать с миром,
Это включать его и выключать.
Если вдруг он устанет
От света и гомона дня,
Он птиц, от кота,
От деревьев и от меня,
От аромата цветов,
И глухого мычанья коров,
Он зажмурит глаза,
И внутренне скажет:”turn off”.
И всё пропадёт.
Исчезнут небо и твердь,
Листва перестанет шуршать,
А тележка с мороженым петь,
Стихнет журчанье фонтана,
Перестанут плыть облака,
Останется лишь аромат
От последнего исчезнувшего цветка.
И некому будет снова
Всё это включить назад,
Ведь повелитель исчезнет,
Так же, как кот и сад.
И это не так печально,
Как может казаться, ведь
О том что всё это исчезло
Некому будет жалеть.

_____________________
*Изображение - Восточная Садовая Ящерица. Calotes versicolor
linkpost comment

Крепостная свобода [Mar. 24th, 2017|04:08 pm]
krasnaya_ribka

Важнейшей смыслообразующей идеей русской культуры является собственность на человека и его жизнь. То есть русская культура - это культура постоянно мутирующего крепостного рабства. Это рабство приобретает разные правовые и структурные формы, эволюционирует выживая в меняющихся условиях, мимикрирует и усложняется. Уверен, что выпилить это свойство из недр культуры нереально совершенно.

Большая часть смыслов русского культурного пространства опирается на идею собственности на личность. Русский освободительский пафос так же имеет крепостническую природу. "Свобода во имя чего-то", "и как один умрем в борьбе за это", вот это всё. Освободитель не избавляется от хозяина сам и не предлагает такого освобождения никому. Он меняет своего хозяина на какого-то другого и предлагает сменить хозяина освобождаемым.

В этом смысле прослеживается очень четкая логика в акциях Павленского. Прибивая яйца к мостовой, и поджигая дверь Лубянки он совершает один и тот же акт. Акт символической порчи барского имущества. "Казни предателей родины" о которых с такой страстью говорил православный патриот Чаплин - это ни что иное, как казни беглых крепостных. И первая подобная показательная казнь только что была проведена.

Я уверен, что встроенное в русскую культуру крепостничество исчезнет только вместе с этой культурой. Что можно с этим делать? Я, к примеру, стараюсь купировать в себе крепостного и помещика. То есть следить за собственным мышлением, стараясь блокировать всякое проявление рабовладельческой логики. Еще я стремлюсь воспитывать в себе отвращение к рабству в любых его проявлениях. Приучать себя к тому, что готовность умереть за хозяина должна вызывать у свободного человека брезгливое отвращение. И совершенно не важно кто этот хозяин, монарх, помешик, родина, идея или абстрактное понятие, например "свобода".

linkpost comment

Технология литературного труда. Делаем фразу. [Mar. 21st, 2017|10:42 pm]
krasnaya_ribka


Почему это важно?

Вот вам короткая, но поучительная история. Как то раз популярный поэт Абуль-аль Хаммар прибыл ко двору правителя Исфакана эмира Ала ад-Давла. Эмир с интересом прослушал выступление стихотворца, после чего задал ему банальнейший вопрос. Эмир спросил, каким именно образом поэту удается складывать слова в такую красоту? Поэт объяснил, что всё дело во вдохновении, которое прибывает к нему непосредственно от Аллаха. Ад-Давл покачал головой из стороны в сторону, поцокал языком, взглянул на расписной сводчатый потолок и позвал палача, дабы тот отрезал литератору его лживый язык.

Ад-Давл фигура сложная и противоречивая. Однако если бы я оказался на его месте на упомянутом поэтическом мероприятии, то, весьма вероятно, поступил бы точно так же. Вдохновение, то бишь специфическое нервное возбуждение, сопутствующее увлеченному литературному труду, конечно же существует. Однако, на качество литературного продукта интенсивность эйфории, испытанной автором при его создании, никак не влияет. Качество литературного продукта зависит совсем от другого.

Все существующие в мире навыки работы с текстом можно подразделить на две большие группы, “Нарратив” и “Фразировка”. О некоторых приемах работы с нарративом я рассказывал раньше в статье “Технология литературного труда. Придумываем сюжет”. Сегодня же мне хочется начать разговор о том как устроена фраза и что нужно предпринять, чтобы ваша фраза была хороша.

Начнем с того, что если скверная фразировка сопутствует хорошему нарративу, мы, почти всегда теряем читателя. А вот при хорошей, мощной, фразировке нарратив может оказаться и не нужен вовсе. Например в большей части прекраснейшей прозы Ивана Андреевича Бунина нарратив редуцирован до состояния совершенно символического. Проще говоря, владения фразировкой на высоком уровне вполне достаточно для того чтобы быть очень хорошим писателем. И наоборот, если фраза ваша напоминает размоченный в молоке батон, читатель скорее всего никогда не узнает в чем состоял, сочиненный вами, потрясающий сюжет.

То бишь книгу встречают по фразе и провожают по сюжету. Я, например, стараюсь тратить некоторое время на самостоятельный поиск новых и ярких литературных имен. Я роюсь на Google Book и Bookmate, открываю превью книги, и прочитываю два или три произвольных абзаца. Если фраза у автора хороша, я сохраняю ссылку на него в специальном каталоге. Если же нет, я этого не делаю.

За весь мой читательский опыт мне попался только один роман, который я полагаю достойным непременного прочтения, несмотря на отвратительный язык, которым он написан. Это “Вавилон-17” Самюэля Р. Дилэни. Во всех остальных случаях, тексты с плохой фразировкой не стоили потраченного на них времени и в смысле нарратива.

Отчего так? Это забавный вопрос. Давайте вспомним о том, как сильно влияет манера речи только-что встреченного нами человека на первое наше от него впечатление. Положа руку на сердце, скажите, много ли было случаев, когда впоследствии выяснялось, что ваш новый, блеющий и прихрюкивающий, знакомый очень интересный и глубокий человек, просто Анатолий Вассерман и Света из Иванова держали его пятнадцать лет запертым в подвале полном голодными овцами и похотливыми свиньями? Со мной такого не случалось никогда. Часто бывало наоборот.  Случалось так, что потрясающе говорящий человек, впоследствии потихоньку уходил из моей квартиры пока я спал, унося с собой мои кошелек, аптечку и телевизор. Однако это уже беседа о гении и злодействе, а не о практической пользе от хорошей фразировки.

Мне представляется, что отдельные аспекты фразировки являются весьма отчетливыми маркерами личностных качеств. От человека же мелкого и скучного честной работы, в том числе и над нарративом ждать не приходится. При этом хорошая манера говорить дает жулику серьезное преимущество, отчего специалисты, умеющие подделывать речевые особенности свойственные интересной личности встречаются не так уж и редко.

Куда смотреть?

Любое искусство имеет проблематику и эта проблематика не очень сложна. Всякий, минимально сметливый человек, глядя в нужную сторону, и приложив достаточно стараний, сможет создать средней руки сияющий шедевр. Почему вокруг нас так мало шедевров? Тому есть две причины. Первая состоит в том, что многие люди натурально не знают куда нужно смотреть, чтобы увидеть хорош твой продукт или плох. Именно им и должен, по моему замыслу, помочь этот текст. Вторая причиной является то, что огромная часть людей вообще не верит, что надо куда то смотреть, а верит в искру небесную и пульсирующую бездну вдохновения. И я от всей души желаю этим ослам до самой их ничтожной смерти пребывать в том жалком положении, в котором они находятся.

Немного подумав, я выделил всего четыре места за которыми нужно следить при работе с фразой, чтобы получить добротный текст. Для того, чтобы сделать сияющий шедевр нужно просто придумать в любой из этих областей какой-нибудь яркий трюк, или же, наоборот, соблюсти все четыре, приведенных ниже, правила безукоризненно. Интересно, что тексты, в которых все четыре правила выполняются в точности, встречаются исключительно редко. Изобрести трюк проще, чем быть джентльменом. Теперь собственно сами правила.

Правило 1. Будь внятен. Идея о том, что текст предназначенный для чтения должен быть удобочитаем обладает очевидностью прыща на носу. Однако существует, как минимум, два мотива, по которым авторы начинают писать невнятно.

Первый мотив - это реформаторский пафос. Неопытному автору, кажется, что внятные осмысленные фразы - это нечто наподобие асфальтированных тропок в огромном влажном и замшелом, заросшем папоротником и ландышами, лесопарке. Незадачливый литератор хочет покинуть исхоженный асфальт и углубиться в девственную чащу. Под воздействием этой иллюзии автор превращается в своего рода Франкенштейна. Он кромсает естественные и понятные фразы и сшивает из кусков отвратительных и несчастных уродцев. Такого рода вивисекция всегда наказуема. Читатель отчетливо произносит шаблонную инвективу и, демонстративно зажав нос, отворачивается от автора навсегда.

Вторым мотивом, приводящим автора к невнятному бормотанию обычно бывает пагубное желание литератора изобразить жизнь, как можно ближе к оригиналу. При этом автор отчего-то принимает за жизнь максимально распространенное поведение среднестатистического современника. Надо ли говорить, что такой типаж всегда неказист, туповат и косноязычен. Незадачливый литератор начинает копировать манеру речи пьяненького жирного телезрителя и очень скоро его тексты становятся тошнотворны и скучны в той же степени в какой этими свойствами обладает частная жизнь его модели. Справедливости ради отмечу, что в нынешнем российском обществе для автора, решившего себя уничтожить именно этим способом существует экологическая ниша. Тексты такого рода охотно покупаются российской киноиндустрией в качестве сценариев.

Внятности - очень легко дать определение. Внятность это смысловая отчетливость и однозначность фразы в сочетании с ее грамматической правильностью. Именно поэтому в области внятности проще всего спроектировать трюк, который превратит ваш аккуратненький текстик в сияющий шедевр. Что такое трюк? Трюк - это когда правило работы с материалом нарушается, однако нарушение приводит к позитивным последствиям. Трюков в области внятности возможно великое множество, и среди этого множества есть трюки очень популярные. Например уже около сорока лет в мировой литературе модно нарушать правило однозначности фразы, чтобы создать дополнительное поле смыслов, не обладающее внятностью. То бишь, трюкачи, сохраняя внятность текста, будто бы размещают над ним еще один текст, которому внятность сообщать они уже не обязаны. Я очень люблю этот прием. Он придает даже самому простому нарративу глубину и таинственность.

Приведу пример такого рода трюка. В романе Пелевина “Чапаев и Пустота” герои часто обсуждают некое метафизическое пространство под ярким названием “Внутренняя Монголия”. Топоним “Внутренняя Монголия” существует и на реальной карте мира. Так называется обширная область в северном Китае. Административным центром этой области является город Хух-Хото. Название “Хух-Хото” переводится в том числе и как “Синий город”. Слово же “синий” в русском языке является известным субститутом слов “пьяный” и “пьющий”. Для любопытного и не ленивого читателя роман “Чапаев и Пустота” полон подобного рода остроумных конструкций. Эти, будто бы парящие над повествованием, контексты пересекаются между собой, образуя прелестное, полупрозрачное, дымящееся и пульсирующее пространство. За то, собственно, “Черный Бублик” нами и любим.

Правило 2. Не будь банален. На мой взгляд это правило соблюсти проще всего. Не копируй бездумно чужой контент, если можешь этого избежать. В сильной форме это правило предполагает, что необходимо избегать не только чужих шуток, афоризмов и метких выражений, но и старых, устоявшихся, прочно вошедших в язык идиом. В слабой же форме просто необходимо помнить, что повторять за кем попало что попало не хорошо. Наверное следует уточнить, что речь идет не о том, что нельзя цитировать других людей, или же использовать уже озвученные кем-то факты. Всё это не только можно делать, но и нужно. Нельзя и стыдно использовать чужие удачные фразы.

Думаю что вы неоднократно встречали разбитных общительных ребят, которые говорят языком насыщенным большим количеством стандартных прибауток, цитат из кинофильмов, популярных книг и творчества артистов речевого жанра. Эти люди получают от своей манеры поведения некоторые выигрыши. Им охотно дают несложные, смешливые, охочии до телевизора и массовых гуляний девицы. Так же таким людям проще устроиться на работу менеджером среднего звена. Однако в любом обществе, где беседы носят информативный характер, балагуры этого типа неуместны в той степени, в какой костюм покемона неуместен на нудистских похоронах.

Вы можете возразить, что таскать чужие плюшки, конечно нехорошо, но причем тут устоявшиеся идиомы? Устойчивые выражения существуют в языке на правах отдельных слов и не принадлежат решительно никому. Это верно. Однако, помимо постыдности плагиата и копи-пастинга, есть серьезные резоны для того чтобы избегать пользоваться готовыми, пусть и устоявшимися, фразами при создании текста.

Язык это инструмент фиксации смыслов. Слова - это аватары наиболее устоявшихся и распространенных смыслов, их элементарные представления в пространстве языка. Словам и смыслам свойственно объединяться в устойчивые конструкции. Своего рода крупные блоки, часто обозначающее целую прорву всякого разного одновременно. Например словосочетание “европейская безопасность” подразумевает какие-то грозные военные корабли и самолёты, вороха официальных документов, антитеррористические программы, таможенный контроль, международные суды, секретные агентства, банковское регулирование, правила въезда в ЕС и еще гигантскую кучу разнообразного стафа. Точно такими же свойствами обладают и другие подобные блоки. Например “гонка вооружений”, “модернизация экономики”, “рост благосостояния”, “сексуальные перверсии”, “лёгкие наркотики” et cetera.

Процесс образования подобных ярлыков ускоряет процесс нашего мышления. Однако, чем крупнее смысловой блок, тем менее точным становится наш ум. Каждый следующий уровень смысловых обобщений делает наш язык всё более условным. У нас начинает формироваться личное отношение не к событиям реальности, а к абстрактным категориям. Мы начинаем любить или же ненавидеть “сексуальное просвещение”, “кредитное рабство” и “пергидрольных блондинок”. Таким образом наше мышление становится всё более туннельным. Поясню свою мысль на примере. Есть один миллион способов рассказать подростку правду об интимной стороне человеческой жизни. И есть только два способа относиться к “сексуальному просвещению”, одобрять или же отвергать. То бишь процесс укрупнения смысловых блоков в нашем уме это палка о двух концах. С одной стороны он ускоряет наше мышление, с другой стороны он его сковывает. А писателю нужен по максимуму раскованный ум.

По сути своей писатель - продавец болтовни. Причем читателю предлагается заплатить за болтовню писателя не только деньгами, потраченными на книгу, но и временем жизни потраченным на чтение. Поэтому качественная литература стремится оправдать свою столь высокую цену, сообщая читателю как можно больше нового и оригинального. Читатель тратит время на хорошую литературу, чтобы снизить туннельность своего мышления, заметить что-то, чего он раньше не замечал, посмотреть на вещи под интересным углом. Чтобы читатель смог проделать всё это, сначала тоже самое должен проделать писатель. Использование же устойчивых словосочетаний серьезно затрудняет для писателя эту работу.

Пресловутой справедливости ради, следует отметить, что всё сказанное мной выше относится только к пространству качественной литературы предназначенной искушенному читателю. Читатель неискушенный ищет в книгах совершенно противоположного. Самая простая доступная читателю радость от чтения - это радость узнавания упомянутых реалий. Очень многие читатели не испытывают от чтения иного удовольствия, кроме этой самой радости узнавания знакомой с детства чепухи. Такие читатели охотно заплатят за книгу целиком состоящую из банальностей, и с негодованием отвергнут действительно яркий и оригинальный текст. Хорошим примером популярной литературы содержащей исключительно банальную чепуху будет проза Пауло Коэльо.

Теперь несколько слов о возможном в этом пространстве трюке. Если сосредоточить на идиоме пристальное внимание, и подвергнуть ее специфическому анализу, можно достичь очень любопытного эффекта. Откроется внутренняя логика идиомы, часто жутковатая и абсурдная. В качестве примера здесь я приведу ранние рассказы Владимира Сорокина. Скажем в рассказе “Морфофобия” писатель препарирует непристойную идиому “заправлять хорька”. А в тексте “Сигнал из провинции” он потрошит мега-популярное в СССР стихотворение Михаила Исаковского. Естественно, это не единственный возможный трюк связанный с преодолением недопустимости банального. Главное, это никогда не забывать, что в том чтобы копировать чужие трюки особой чести нет. Лучший трюк - это тот, который придумал ты сам.

linkpost comment

(no subject) [Mar. 5th, 2017|06:06 pm]
krasnaya_ribka

История китайского парусного флота очень печальна, крайне любопытна, и весьма поучительна. Мало кто знает о том, что в первой половине 15го века, когда Испания еще не получила эксклюзивные права на любые найденные в океанах земли от Римского Папы, а будущая владычица морей Англия от души наслаждалась резней между Йорками и Ланкастерами, безраздельным властелином южных морей был Китай.

Китайский парусный флот того времени представлял собой некоторое сияющее техническое совершенство, подкрепленное количественной мощью. 3500 судов разного качества и водоизмещения. Крупнейшие из них достигали 120 метров в длину, имели несколько палуб и с десяток мачт, сложнейшее парусное вооружение и высокую маневренность. О мастерстве капитанов и матросов говорило уже то, что китайский флот совершал экспедиции, в которых участвовало по 317 судов одновременно. Задача управления подобной стаей крупных парусников требует могучую кучу сопутствующих технологий и высочайшей виртуозности экипажей.

Под предводительством знаменитейшего китайского флотоводца Чжэн Хе было проведено 7 циклопических экспедиций. В Индию, Юго-Восточную Азию, Западную Африку, на Аравийский полуостров и в другие интересные и нужные места. Однако где то к 1525му году Китай напрочь и безжалостно уничтожил свой флот.

Давайте еще раз. В мире началась эпоха великих географических открытий. Все дружно бросились создавать флоты, основывать колонии, совершенствовать технологии навигации и т. д. Именно в это время, обладающий самым большим в мире флотом Китай решает свой флот напрочь сжить со света. То бишь не надо нам, китайцам, ни жидкости ни лягушат. Хрен с ним с мировым господством и несметными богатствами. Мы лучше ляжем под европейцев, сядем всей страной на опиум и со временем докатимся до маоизма. Вот это дело! Вот это по нашему!

Нобелевский экономист Ангус Дитон объясняет судьбоносное и беззаветное решение китайцев избавиться раз и навсегда от важнейшего инструмента успеха в дивном новом мире восхитительно просто. Флот - это внешняя торговля, которая в свою очередь приводит к усилению “прогрессивных” классов. На тот момент это были рвущиеся торговать на море купцы, и разнообразные, обслуживающие флот, технические специалисты. Чтобы избежать роста благосостояния этих классов населения, правящая элита и уничтожила залог успеха нового племени, флот.

Что мне кажется в этой истории наиболее любопытным? Железная и незыблемая логика приводящая к тому, что “хорошо управляемое” и безбедное государство непременно и беззаветно уничтожает собственное будущее. То бишь, на мой взгляд европейские государства не поступили точно так же исключительно потому, что управлялись менее эффективно и были сравнительно бедны. Европейским странам приходилось без конца конкурировать промеж себя и с усиливающимися османами, их мучали придворные распри и проедание. Поэтому европейцы хватались за всё что угодно, лишь бы урвать побольше. А мощный флот в то время позволял хапнуть по максимуму. Династия же Минь переживала несравненный и стабильный экономический подъем, внутри Китая был полный и жесткий порядок, а на соседей миньцы смотрели легким пренебрежением. Поэтому опасность усиления новых, умных и гибких, способных сместить старых, косных и преданных была для этого государства значительно более актуальна, нежели для других стран.

Вот именно потому, я и полагаю, что, например, создание планетарного государства непременно приведет человечество к полной стагнации экономики и технического прогресса и к последующей быстрой деградации. Экономическое развитие - это форма эволюции. В этом сорте эволюции роль изменчивости играет изобретательство. Крупная стабильная иерархическая формация смотрит на изобретательство - как на опасное занятье, способствующее усилению прогрессивных классов по отношению к правящей элите. Поэтому в такой формации изобретательство будет искореняться. Лишенная изобретательства, неизменчивая экономика - это макет экономики, это сухая шкурка акриды, которая рассыпется в прах под первым весенним ветерком. Это и случилось с экономикой Китая времен династии Цинь, это же произошло позже с экономикой “развитого” СССР.

Это жестокая и необоримая логика. Элита, не нуждающаяся в прогрессивных классах, видит в них врагов и уничтожает. Экономика стагнирует, теряет гибкость и фактически умирает, превращаясь в жесткую громоздкую статичную систему, реагирующую на любые минимальные внешние изменения отказом. Что надо делать, чтобы так не случалось? Надо делать так, чтобы никакому новому власть имущему даже в голову прийти не могло уничтожить ключевой элемент будущего благополучия. А ещё лучше, чтобы он технически не мог этого сделать. Слабая власть - гарантия счастливого будущего. Именно поэтому я остерегусь пока что держать деньги в юанях.

Я не верю в ментальность. Я знаю, что такое прецедент. Мой, печальной судьбы, батюшка оправдывал свой русский алкоголический антисемитизм наличием аналогичного качества у Достоевского и Розанова. Величие же династии Минь, кажется мне, куда как более феерично в глазах любого китайского чиновника, нежели великолепие упомянутых прозаиков в глазах моего батюшки
___________________________
Изображение - корабль сокровищница Чжэн Хе. Современная реплика
linkpost comment

(no subject) [Feb. 27th, 2017|01:05 pm]
krasnaya_ribka
***
Господь наш, Иисус Христос
Однажды кушал абрикос.
На ту беду лиса близехонько бежала.
Компания друзей при помощи кинжала
Разделывала тушу кабана
И с молодым легатом возлежала
Блудливая наместника жена.
Жук ел траву, жука клевала птица
Пастух ел сыр и муха ела сыр,
С балкона полноватая царица
Обозревала иудейский мир.
Философ в шалаше жевал бобы пустые,
И запивал вином, а на краю
Колеблющейся в мареве пустыни
Тащил фенёк убитую змею.
Тянули парус потные матросы
В небесный глянцевый акрил,
И, с наслажденьем поедая абрикосы,
Спаситель ничего не говорил.
На скрюченных ветвях
Цветы медвяно рдели,
Вокруг Спасителя
Беззвучные апостолы сидели
И хлопали глазами как сычи.
И ты, читатель лучше помолчи
_________________________

*изображение - художник Raphael Perez
linkpost comment

navigation
[ viewing | most recent entries ]
[ go | earlier ]