krasnaya_ribka (![[info]](http://p-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small} krasnaya_ribka) wrote,@ 2007-02-14 15:14:00 |
|
Как отчитали Кузмина
Кузминские чтения не задались как-то вовсе. Во первых я наблюдал это мероприятие будучи трезв, что само по себе есть преступление по отношению к художественному действию. Во вторых отчего-то в зале не случилось никого из заявленных в анонсе "Князей вавилонских". Ни Станислав Львовский, ни Сергей Соколовский, ни Данила Давыдов, не почтили своим присутствием этого кворума. Вообще из "Вавилона" первого, второго и третьего созыва были только Михал Палыч, Дина, Борис Кочешвили, да грешный я. В зале наблюдалось ещё человек с десять "околовавилонского" народу.
Стоило мне войти в зал, как я сразу попал на сцену. Высказавшись в том духе, что всякое чевствование есть своего рода экзестенциальное подонство по отношению к чевствуемому, я добавил, что Кузмин вообще-то суть единственный вменяемый культуртрегер, который предлагает кроме, или даже вместо, обычного существования в культуре (с этим лучше справляется Культурная Инициатива), некое динамичное в этой культуре движение, возможно развитие. После чего я прочёл вот этот свой текст. Собственно печальная и поучительная история моего бедного учителя живописи, представляет из себя скорее антитезу к тому, что стремится сделать со своей жизнью и деятельностью ДК. После прочтения Дима подошёл ко мне и сказал:"Совершенно не представляю, что я сейчас смог бы увидеть в смертном сне!". Я было хотел ответить, что таковое самоощущение - есть первый признак того, что ты в смертном сне находишься, однако Дима уже отошёл.
Представьте себе, что сразу после меня выступал Ракита. Вообще удивительно, как человек может одновременно настолько мерзко выглядеть, так сально, скользко себя вести, и при этом нести такую непроходимую рафинированную идиотию. Рассказав публике о том что поэзия как и наука бывает трёх видов, фундаментальная, прикладная и попсовая, Ракита выразил "увы" Кузмину, что тот зажимает мол поэзию прикладную, да попсовую, несмотря на полезность обеих поэзий в народном хозяйстве. Так же порадывал Ракита анонсом нового своего проекта. Он собирается основать литературное интернет-радио, где на фоне полезных в народном хозяйстве прикладных и попсовых поэтов смогут проявить себя так же и отдельные сознательные фундаментальщики. В частности Данила Дывыдов уже дал добро на содействие этому максимально отвечающему духу времени проекту. Вплодь до конца ракитной телеги не оставляло меня ощущение того, что слышал я уже нечто подобное и про фундаментальщиков и про народную пользу, в некотором советском кино, толи это были "Белые одежды", толи "Иду на Грозу". Только реч там шла не о поэзии, а о науке, и высказывались таким образом сторонники "лысенковско-мичуринской" биологической науки и специалисты по разгону грозовых туч гамма частицами. Вобщем радуйтесь, скоро помимо радио "Радонеж" вы сможете насладиться радиом "Ракита".
После выступал ещё кто-то, но когда на сцену выскочила Евгения Вежлян, и забегала там, невнятно пречитая, стало мне совсем плохо. Подумалось мне, что Вавилон, когда-то казавшийся бестолковым и несовершенным, так же отличался от нормальной окололитературной затхлой осоловелости, как легендарная брутальность порутчика Ржевского отличалась от скудоумного перманентного хамства современного мента или таксиста.
Кузминские чтения не задались как-то вовсе. Во первых я наблюдал это мероприятие будучи трезв, что само по себе есть преступление по отношению к художественному действию. Во вторых отчего-то в зале не случилось никого из заявленных в анонсе "Князей вавилонских". Ни Станислав Львовский, ни Сергей Соколовский, ни Данила Давыдов, не почтили своим присутствием этого кворума. Вообще из "Вавилона" первого, второго и третьего созыва были только Михал Палыч, Дина, Борис Кочешвили, да грешный я. В зале наблюдалось ещё человек с десять "околовавилонского" народу.
Стоило мне войти в зал, как я сразу попал на сцену. Высказавшись в том духе, что всякое чевствование есть своего рода экзестенциальное подонство по отношению к чевствуемому, я добавил, что Кузмин вообще-то суть единственный вменяемый культуртрегер, который предлагает кроме, или даже вместо, обычного существования в культуре (с этим лучше справляется Культурная Инициатива), некое динамичное в этой культуре движение, возможно развитие. После чего я прочёл вот этот свой текст. Собственно печальная и поучительная история моего бедного учителя живописи, представляет из себя скорее антитезу к тому, что стремится сделать со своей жизнью и деятельностью ДК. После прочтения Дима подошёл ко мне и сказал:"Совершенно не представляю, что я сейчас смог бы увидеть в смертном сне!". Я было хотел ответить, что таковое самоощущение - есть первый признак того, что ты в смертном сне находишься, однако Дима уже отошёл.
Представьте себе, что сразу после меня выступал Ракита. Вообще удивительно, как человек может одновременно настолько мерзко выглядеть, так сально, скользко себя вести, и при этом нести такую непроходимую рафинированную идиотию. Рассказав публике о том что поэзия как и наука бывает трёх видов, фундаментальная, прикладная и попсовая, Ракита выразил "увы" Кузмину, что тот зажимает мол поэзию прикладную, да попсовую, несмотря на полезность обеих поэзий в народном хозяйстве. Так же порадывал Ракита анонсом нового своего проекта. Он собирается основать литературное интернет-радио, где на фоне полезных в народном хозяйстве прикладных и попсовых поэтов смогут проявить себя так же и отдельные сознательные фундаментальщики. В частности Данила Дывыдов уже дал добро на содействие этому максимально отвечающему духу времени проекту. Вплодь до конца ракитной телеги не оставляло меня ощущение того, что слышал я уже нечто подобное и про фундаментальщиков и про народную пользу, в некотором советском кино, толи это были "Белые одежды", толи "Иду на Грозу". Только реч там шла не о поэзии, а о науке, и высказывались таким образом сторонники "лысенковско-мичуринской" биологической науки и специалисты по разгону грозовых туч гамма частицами. Вобщем радуйтесь, скоро помимо радио "Радонеж" вы сможете насладиться радиом "Ракита".
После выступал ещё кто-то, но когда на сцену выскочила Евгения Вежлян, и забегала там, невнятно пречитая, стало мне совсем плохо. Подумалось мне, что Вавилон, когда-то казавшийся бестолковым и несовершенным, так же отличался от нормальной окололитературной затхлой осоловелости, как легендарная брутальность порутчика Ржевского отличалась от скудоумного перманентного хамства современного мента или таксиста.
